Валлерстайн и конец знакомого

«Конец знакомого мира»: глобальный кризис и его структура | КРИЗИС | критическая теория XXI века

валлерстайн и конец знакомого

Иммануэль Валлерстайн Являясь с по год это. по существу [« конец знакомого мира»], «конец мира в том виде, в каком мы. Позже, в е гг., в работе «Конец знакомого мира» () Валлерстайн выделил ещё один недостаток классической науки, который, он считает. В книге, получившей широкую международную известность, крупный американский социолог анализирует социальные процессы, характерные для.

«Конец знакомого мира»: глобальный кризис и его структура

Таким образом, война в том или ином виде, либо непосредственная опасность вооруженного кровопролития в наши дни являются реальностью практически для любой страны. Сама мирная жизнь, будучи наполнена страхом, постоянным ожиданием угрозы, чрезвычайными мерами на случай атаки изнутри и извне, становится все менее отличимой от военного времени. Экологические тупики Следующая составная часть структуры современного глобального кризиса — экологический кризис.

Мы часто не задумываемся над тем, сколь многим обязаны природе, дающей нам комфортную среду для жизни, пищу, энергию и сырье для создания всего того, что окружает. Без пахотных земель, пастбищ, лесов, водных ресурсов человечество было бы поставлено на грань вымирания. Сегодня экологи обоснованно бьют тревогу, указывая на масштабные загрязнения воздуха отходами производства [ 6 ], сокращение пахотных земель и лесных угодий, растущие в ряде регионов проблемы с дефицитом воды [ 7 ].

На Земном шаре проживает уже более 7,2 млрд человек [ 8 ], и все это население нуждается в среде обитания, способной удовлетворять по крайней мере основные естественные потребности человека. В не меньшей степени современное человечество нуждается в энергоресурсах, способных обеспечивать нужды производственной, торговой и бытовой сфер, существование городов.

Без этих ресурсов встанут промышленность, транспорт, произойдет резкое подорожание товаров, а люди окажутся в буквальном смысле впотьмах, без горячей воды и обогрева своих жилищ. Пока не наступил глобальный кризис рынка энергоресурсов, такая картина жизни может восприниматься как кошмар из голливудского фильма-катастрофы, однако, как отмечают эксперты, проблема вовсе не так далека, как нам хотелось.

Хотя, пожалуй, не так уж и много, учитывая наши растущие нужды, и, может быть, совсем немного того, что мы можем использовать с достаточной финансовой и, в особенности, энергетической выгодой. Согласно современным научным данным, США уже пережили пик добычи нефти на рубеже годов [ 10 ]. По отдельным оценкам, в — годах был достигнут и мировой пик нефтедобычи [ 11 ], но даже если это не так, перспектива его достижения в ближайшие годы более чем вероятна. При этом на настоящий момент отсутствуют достаточно дешевые, доступные и, что самое важное, возобновляемые альтернативные источники энергии, которые бы смогли безболезненно заменить углеводородное топливо.

Нехватка энергоресурсов, усложнение и, как следствие, удорожание их добычи, сокращение открытий новых месторождений ставят на повестку целый ряд вопросов: В конечном счете, энергетический кризис с неизбежностью ведет к новым войнам войнам за ресурсыдеградации и разрушению отдельных государств, росту напряженности внутри современных обществ.

Все против всех Третьим важным симптомом, который, безусловно, должен быть отмечен при описании переживаемого сегодня кризиса, является усложнение социальной структуры, а вместе с этим — конец прежней социально-классовой структуры, которая определяла основные политические паттерны и сценарии в прошлом веке.

валлерстайн и конец знакомого

Пожалуй, сегодня можно с уверенностью утверждать, что та классовая структура, которая была характерна для XIX — XX столетий и определялась противостоянием относительно легко поддающихся идентификации социальных групп, теперь заметно усложнена и размыта. Современный социум, характеризующийся крайней разобщенностью, представляет собой переплетение интересов и связей множества довольно узких и нередко случайно сформировавшихся вернее, сформировавшихся на основе иллюзии общности интересов объединений людей.

При этом социальные антагонизмы, присущие прежней классовой структуре, никуда не исчезли — напротив, они умножились пропорционально фрагментации общества, они всё так же непримиримы и в любой момент способны вылиться в физические столкновения. В этой связи нельзя не согласиться с наблюдением председателя Конституционного Суда Российской Федерации В. Современное общество представляет собой гетерогенный комплекс недружественных друг другу групп, разделенных по национальному, расовому, конфессиональному, имущественному признаку, по признаку принадлежности к коренному населению соответствующего региона или к приезжим, по признаку проживания в центре страны или на ее периферии и.

В каком-то смысле эта картина не является новой, поскольку такого рода разделения имели место всегда, и ни одно общество, за исключением разве что первобытного, не является полностью однородным. Дело, однако, состоит в том, что еще в прошлом веке существовали вполне ясные перспективы объединения и реформирования общества вокруг той или иной устойчивой социальной общности класса, нации и на основе присущей этой общности идеологии, тогда как в современных сложно организованных обществах ни одна социальная группа не способна претендовать на подлинную идейную гегемонию и выступать в качестве субъекта, интегрирующего социальное пространство.

Пролетариат наемные работники, трудящиесяне исчезнув как социальная функция, исчез как организованный класс, осознающий себя в качестве такового, причем значимую роль в этом сыграли специфически современные формы организации трудовых отношений заемный труд, неформальная занятость, аутсорсинг, широкое привлечение работодателями низкооплачиваемых трудовых мигрантов и.

Крупный капитал, безусловно, существует — это, пожалуй, едва ли не единственный сегодня класс-для-себя, однако он по определению не способен выступать интегрирующим звеном в системе социальных отношений, создавать позитивную повестку для всего общества, ибо живет за счет манипулирования другими: Нация по большому счету также является понятием вчерашнего дня: Время учреждения и конструирования наций прошло.

Народы Востока строят свою идентичность, скорее, вокруг религии, европейские же нации более не способы даже эффективно отстаивать свое существование в качестве таковых. Исламская религия, в своих наиболее радикальных фундаменталистских формах заявляющая претензию на позитивный проект объединения народов, на деле также является не более чем инструментом дезинтеграции и сеяния вражды.

валлерстайн и конец знакомого

Современное общество столь фрагментарно, что оно способно лишь умножать свою фрагментарность [ 17 ]: Поскольку в XXI веке социальные противоречия уже невозможно втиснуть в старую схему противостояния наемных работников и их хозяев, труда и капитала, не может существовать и позитивных моделей их разрешения.

Таким образом, эти противоречия могут только накапливаться, выливаясь уже не в классовую войну и не в борьбу за утверждение нации — так или иначе нацеленные на позитивный исход, то есть на перестройку общества на основе той или иной конструктивной повестки, — а в войну всех против всех, в войну бесконечную.

Это признак того, что современный социум не просто переживает кризис, но и воспроизводит.

валлерстайн и конец знакомого

Россия является в этом отношении одним из наиболее проблемных мест. Пока правительству удается поддерживать приемлемый уровень жизни для большинства населения, канализировать вспышки социального недовольства и сглаживать конфликты, ситуация в обществе остается под контролем, однако стоит допустить резкое усугубление социально-экономических проблем, снижение уровня жизни и углубление неравенства различных категорий населения, как status quo взорвется.

Духовный релятивизм Во многом раздробленности современных обществ на многочисленные фракции, состоящие в отношениях взаимной неприязни друг к другу, способствует отсутствие общих, единых для всех или хотя бы для большинства ценностей и социальных норм. Мы живем в удивительное время. Традиционные системы морали, этики, эстетики обанкротились еще в прошлом веке. Индустриальная модель развития и модернизм в культуре переварили социальные нормы предшествующих эпох, сделав рационализм основным принципом организации духовно-культурной жизни.

С философской точки зрения, это было время строгих идеологий, конкретных целей и четко противопоставляемых друг другу партий в широком смысле этого слова. Новый век, духовно-историческое состояние которого вполне внятно репрезентует постмодернистская философия, готовится покончить и с этим, отказываясь от попыток объективного описания и объяснения мира, достижения какой-либо истины и преобладания каких-либо идей, норм и ценностей.

Например, если для представителей традиционных обществ прошлого вопрос о существовании Бога богов выглядел бы неуместным в силу той огромной роли, которую религия играла в социальной регуляции, а модернистское мышление индустриальной эпохи, напротив, было настроено на отрицание всего трансцендентного, в сегодняшних духовно-культурных условиях на данный вопрос не может быть ответа, он совершенно бесполезен, ведь можно согласиться с существованием всего, что желает субъект и во что он верит.

Просвещение вкупе с произошедшими от него модернистскими концепциями заявляло о смерти Бога, мышление эпохи постмодерна готово поставить на его место Микки Мауса, искусственный интеллект или инопланетян — боги и действующие лица фантастических киносюжетов уравнены в своей ничтожности.

Больше не может быть ничего обязательного для всех, кроме обязанности признавать окружающих в качестве полно- и равноправных субъектов каковыми бы они при этом ни. Любая фантазия, причуда, любое попрание норм, ценностей и чувств большинства выставляется в качестве допустимого средства самовыражения, поскольку сами эти нормы, ценности и чувства отныне мало что значат.

Как мы помним, еще советский философ М. Лифшиц, угадывая магистральное направление культурного развития современных обществ, писал: Если бы он знал, как верны будут эти слова в начале третьего тысячелетия!

  • Рецензия: Валлерстайн И. Конец знакомого мира: Социология XXI века
  • Конец знакомого мира
  • Валлерстайн, Иммануил

Отсутствие иерархии, разумеется, не означает отсутствия каких-либо ценностей и норм, но представляет собой ситуацию, при которой любые, в том числе искусственно сформулированные, понятия о допустимом и запретном, полезном и вредном имеют примерно равные шансы, и значимость тех или иных из их числа определяется не их действительной социальной ценностью, а той силой, которой обладают в обществе формулирующие их социальные группы, той энергией убеждения и принуждения, которой эти группы располагают.

В целом же любая последовательная социально-нормативная регуляция, основывающаяся на обязывании как методе воздействия на общественные отношения и поведение субъектов, в современном постиндустриальном мире воспринимается скорее как репрессивная. Прежние, привычные, веками формировавшиеся этические и нравственные принципы и правила постепенно опровергаются, меняют свои значения и смысловое наполнение — иными словами, разлагаются в специфически новых условиях современного мира. То, что считалось безнравственным, аморальным, недопустимым прежде, становится возможным, допустимым, нормальным.

Характерным примером таких социальных практик можно считать кричащие эпатажные акции, рядящиеся в одежды современного искусства: Такие действия, безусловно, по-прежнему осуждаются большей частью общества, но в то же время все большая — притом, активная — часть общества находит им оправдание [ 21 ]. Авторами этих средств И. Заметно, что Валлерстайн снова видит лишь уловки буржуазии и не видит реальной борьбы угнетённых в данном случае — народов периферии за свои права.

Естественно, они не в силах добиться максимума — гибели КМЭ желаемой не столько ими, сколько левой интеллигенцией ядра, подобной Валлерстайнуно то, что они заставляют буржуазию идти на уступки, — уже прогресс. Национально-освободительные силы, приходя к власти, вынуждены были подчиняться законам КМЭ.

Рецензия: Валлерстайн И. Конец знакомого мира: Социология XXI века : lenya

Валлерстайн подчёркивает, что Маркс был прав, говоря, что капитализм ведёт к абсолютному, а не только относительному обнищанию большинства. В ситуации, когда капитализм не в состоянии обеспечить большинству населения Земли сносные условия жизни, неизбежны окончание его мирного господства и исчерпание господствующей идеологии — либерализма. Такое исчерпание наступает в — годах. Думаю, что реальность сложнее: Очевидно, не антисистемные силы, раз КМЭ устоял и даже стал более агрессивен.

Тем не менее воздействие её продолжалось значительно дольше.

Конец знакомого мира: Социология XXI века/Пер, с англ. под ред. В.И.

Оно низвергло с пьедестала реформистский центристский либерализм как господствующую идеологию Дальнейшее расширение политических прав и перераспределение материальных благ поставят под угрозу систему капиталистического накопления. Теперь буржуазия будет опираться только на силу. Решающим поворотом в политике ядра КМЭ Валлерстайн считает войну в Персидском заливе года, когда Юг открыто выступил против власти Севера на глобальном уровне и проиграл.

валлерстайн и конец знакомого

В будущем Валлерстайн видит три варианта борьбы периферии против центра: Чтобы понять, как Валлерстайн отвечает на этот вопрос, необходимо взглянуть на проблему развития КМЭ. Если посмотреть с этой точки зрения, обнаружится, что одно и то же развитие принесло одним народам богатство, другим — нищету; то, что для одних стран стало взлетом, для других обернулось упадком, и без одного не было бы другого. Именно в ориентации на уровень отдельных государств, полагает Валлерстайн, заключалась ошибка антисистемных сил.

Они мыслили в масштабах своих стран, их противники — в масштабе мира-системы ведь капитал свободно перетекает из страны в страну. Эту ошибку и считает нужным исправить Валлерстайн.

Здесь мы подходим к ответу на вопрос о судьбе КМЭ в будущем. Пока существует КМЭ, существует и его ядро, которое не может расшириться, если не расширяется КМЭ, а ему теперь расширяться некуда. Когда КМЭ занимает весь мир, ядро стабильно — если одна страна займет в нем место, это будет означать, что другая страна его потеряет, только и.

При этом разрыв доходов между секторами КМЭ как единого целого может даже увеличиться. Необходимо иное направление развития: Деление мира-экономики на ядро и периферию исчезает не в результате включения в ядро новых стран, а вследствие уничтожения капитализма. Развитие, пошедшее по пути уничтожения капиталистического присвоения, по пути перехода средств производства в руки непосредственных производителей, может стать не иллюзией, а путеводной звездой.

валлерстайн и конец знакомого

Но этот вариант, как подчеркивает Валлерстайн, не детерминирован настал момент бифуркацииа может быть завоеван в упорной борьбе. Строго говоря, индетерминизм понадобился Валлерстайну для обоснования своих политических взглядов.

Понятно, что в современном мире трудно найти научные основы для социального оптимизма. Буржуазия пока что прочно держит инициативу в своих руках, гоня мир к пропасти последней мировой войны. В таких условиях индетерминизм становится просто синонимом веры в чудо. От себя скажу, что выбор между истиной и действием не просто тяжёл, он невозможен. У лжи короткие ноги. С тезисом же о необходимости борьбы за будущее не поспоришь.

Её острота видна по тому, как по-разному смотрят на современный мир Валлерстайн и его — нет, не оппоненты, — а редакторы русских переводов его книг. Мне приходилось писать о странных полулиберальных симпатиях Б.

Европейские империи успешно выполняли эту миссию Сегодня, когда холодная война осталась в прошлом В отношении тех регионов и стран, где царят хаос и насилие, имперские державы должны быть вполне определёнными в своей политике. Если правительства этих стран могут быть низложены мирно, необходимо пользоваться этой возможностью.

Валлерстайн И. Конец знакомого мира: Социология XXI века

Если для их отстранения от власти необходимо прибегнуть к военной силе, не следует интересоваться мнением всех и каждого. Нужно восстановить понимание цивилизаторской миссии западного мира и следовать этой миссии. Право общностей на защиту своего культурного наследия не означает права на защиту своих привилегий Нам всем нужна борьба за обеспечение мигрантам подлинно равного доступа к экономическим, социальным и обязательно! Я знаю, что здесь будет грандиозное политическое сопротивление на основе защиты культурной чистоты и накопленного права собственности.

В заявлениях государственных деятелей Севера доказывается, что Север не может взять на себя экономическое бремя всего мира.